ЮРИДИЧЕСКАЯ КОНСУЛЬТАЦИЯ

Последние изменения законодательства

Отвечает на поступившие в редакцию письма с вопросами по законодательству Почётный работник Прокуратуры Российской Федерации Н. АСТАФЬЕВ

  • Новые правила охоты. Разбираемся, что нового.
  • Правила оборота гражданского и служебного оружия, патронов к нему на территории РФ
Новые правила охоты. Разбираемся, что нового.

31 августа 2020 г. Минюст России зарегистрировал приказ Минприроды России от 24.07.2020 г. № 477 «Об утверждении правил охоты».

Таким образом, с 1 сентября приказ приобрел юридическую силу и стал обязателен для выполнения для всех граждан и организаций на территории Российской Федерации. Новые правила охоты вступили в силу с 01.01.2021 г. Действующие на сегодняшний день старые правила охоты и все поправки, внесенные в них, за время их действия с 2012 года, ушли в небытие с боем кремлевских курантов.

Для охотников это событие, наверное, самое важное. Потому что из всех нормативных актов в области охоты именно Правила охоты имеют самое непосредственное отношение к охотнику. И, хоть и ограничивают Правила свободу воли иным охотникам, а без них никак нельзя. Законодательная упорядоченность пользования любыми природными ресурсами должна быть, иначе возобладает право сильного и наглого.

Пока еще действующие Правила охоты, утвержденные приказом Минприроды России от 16 ноября 2010 г. № 512 (для упрощения изложения будем называть их – старые Правила), далеко не плохи, скажу больше, считаю их наиболее либеральными и толерантными к охотнику из всех, что были, начиная с 1970-хгодов. Напомню, если кто забыл, что проект правил проходил обсуждение на сайте www.guns.ru, что для того времени было совершенно беспрецедентным и смелым шагом со стороны тогдашнего руководства Охотдепартамента Минприроды России. И ряд предложений, высказанных во время обсуждения на сайте, нашли свое отражение в тексте Правил. Но недостатков все же хватало. Какие-то были очевидны с самого начала, какие-то проявились с накоплением правоприменительной практики.

И вот новые Правила. Заметно, что процесс некоторой либерализации охоты, начатый еще при создании старых Правил в 2010 году, продолжился. И это радует. Также из текста новых Правил наконец-то убрали пункты, никакого отношения к охоте не имеющие, а обязывающие различные учреждения, фирмы и прочие юридические лица к соблюдению определенных предписаний при осуществлении градостроительной, сельскохозяйственной и прочей разрушительной с точки зрения дикой природы деятельности. И это тоже положительный момент.

Не радует, что авторы не стали совершенствовать «суконный» язык Правил. Такие документы адресованы в первую очередь не юристам, у которых свой «птичий» малопонятный нормальным людям язык, а для охотников, абсолютное большинство которых в юриспруденции не разбирается. А потому, документ сей должен быть удобочитаем, а все его пункты и положения – однозначно понимаемы всеми читающими. Хорошим примером нормально написанного нормативного документа, предназначенного для массового пользования, являются Правила дорожного движения (ПДД). Написаны они строгим юридическим языком, формулировки позволяют только однозначное прочтение, но при этом язык их внятен и хорошо понимаем читателями, не имеющими юридической подготовки.

Шаг в этом направлении был сделан при подготовке новых Правил. Вариант, размещенный на сайте regulation.gov.ru для обсуждения и внесения предложений был написан относительно человеческим языком. К сожалению, эту «ошибку» быстро исправили. Окончательная редакция новых Правил, прошедшая утверждение в Минюсте, по неудобочитаемости во многом схожа со старыми Правилами. Но, делать нечего. Нам придется по ним жить и охотиться. Так давайте разберемся внимательно и скрупулёзно, что нового в этих новых Правилах? В чём хороши, а в чём плохи они для рядового охотника? Ведь, повторюсь, Правила охоты – это основной документ и для охотника, и для инспектора.

Поговорим о новшествах не казенно-суконным, малопонятным языком, а нормальным, человеческим, поговорим о смыслах. Пройдем по тексту Правил по порядку.

  1. В соответствии с пунктом 4, «охота – деятельность, связанная с поиском, выслеживанием, преследованием охотничьих ресурсов (далее – охотничьи животные), их добычей, первичной переработкой и транспортировкой. К охоте приравнивается нахождение в охотничьих угодьях физических лиц с орудиями охоты и (или) продукцией охоты, собаками охотничьих пород, ловчими птицами, в том числе нахождение на дорогах с расчехленным и (или) заряженным с охотничьим огнестрельным, пневматическим, метательным стрелковым оружием (далее – охотничье оружие) и (или) продукцией охоты». Это новый пункт, переносящий в текст Правил положения Закона об охоте и частично разъясняющий их в части того, что приравнивается к охоте. В российском охотничьем законодательстве отсутствует правовая норма, выделяющая дороги из состава охотничьих угодий. Поэтому однозначно положительно оцениваю то, что к охоте приравнивается не просто нахождение на дороге с оружием, а только с расчехленным и (или) заряженным оружием. Это сразу пресекает, увы, регулярные попытки составлять протоколы на людей, передвигающихся по дорогам, проходящим через угодья пешком или на транспорте и при этом транспортирующим охотничье оружие. Например, накануне открытия охоты охотник идет на базу от остановки автобуса или с ж/д станции. Разрешение на добычу у него с завтрашнего дня, или он собирается его получить у егеря, который его ждет на базе. Другой пример, деревенский охотник, у которого пришло время продлевать разрешение на оружие, идет на автобус или электричку, чтобы доехать до райцентра, где расположено подразделение Росгвардии, занимающееся разрешительной работой.

Но все-таки осталась недоработка. Не решен вопрос перемещения охотников-промысловиков до мест промысла и обратно. О промысловиках вообще все время забывают, что законодатели, что авторы подзаконных документов. Промысловики чаще передвигаются вне дорог, по рекам или пробитым снегоходом зимникам, имея при себе и орудия лова (капканы), и оружие. Причем оружие, как правило, расчехлено и заряжено, потому как медведей везде много. Понятно, что промысловику по большому счету наплевать на все эти запреты, он у себя в тайге хозяин, и пенять ему за висящий за плечами заряженный карабин попросту некому. Но на то и нормативный документ, чтобы нормально в пределах правового поля разрешать все аспекты проблемы

  1. Пункт 5.1 обязывает охотника «соблюдать настоящие Правила, а также параметры осуществления охоты, установленные высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации (руководителем высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации)»

Наконец свершилось то, о чем давно и настойчиво говорили и писали специалисты, прежде всего из тех, кто работает «на земле». В действующей на сегодняшней день редакции Правил норма, обязывающая охотника соблюдать параметры охоты, устанавливаемые на региональном уровне, отсутствует. Любая ограничительная или обязывающая норма, не подкрепленная санкцией за ее неисполнение – пустая бумажка. Некоторые субъекты федерации, далеко не все, пытались заполнить этот пробел с помощью своих региональных кодексов об административных правонарушениях. В этом случае ответственность за такое нарушение ничем, кроме небольшого штрафа, не грозила. С Нового года ответственность будет наступать по федеральному КОАП РФ, а значит, и штраф больше, и последствия тяжелее – возникнут проблемы с разрешительной системой, и, вполне возможно, придется попрощаться с оружием.

  1. Пункты 5.3 и 5.4 более подробно излагают порядок взаимодействия охотника и лиц, его проверяющих. При этом используемые формулировки приведены в более строгое соответствие с законодательными нормативными документами, определяющими полномочия, как государственных инспекторов, так и производственных охотничьих инспекторов, которые являются работниками охотхозяйств. При этом в пунктах четко определено, что государственный инспектор имеет право не только проверять документы, но потребовать к досмотру вещи, оружие и орудия охоты, а также транспортные средства.

Это означает, что госинспектор при соблюдении установленных процедур, под протокол и при понятых, которых может заменить видеофиксация его действий, имеет право открыть рюкзак, открыть дверь или багажник автомобиля и досмотреть содержимое. Госохотинспектор обязан предъявить удостоверение установленного образца и иметь нагрудный знак установленного образца с гербом соответствующего субъекта федерации.

Нагрудные знаки государственных инспекторов разных регионов

Производственный охотничий инспектор помимо проверки документов имеет лишь право осмотра, т.е. снаружи осмотреть вещи охотника и его машину и зафиксировать на фото или видео показавшиеся ему подозрительными признаки, например, пятна крови, перья и т.п. Лезть внутрь автомобиля, рюкзака и совершать иные подобные действия у него права нет.

Нагрудный знак производственного охотничьего инспектора

Правильно, что эти неизвестные многим тонкости, изложенные в КОАП РФ и ряде специальных нормативных актов, перенесены в текст Правил охоты, что сделало их понятными для охотников.

  1. Пункт 5.6 требует от охотника «привести в ненастороженное состояние приспособления, устройства и (или) сооружения для ограничения свободы и (или) добычи животных путем автоматического действия элементов таких приспособлений, устройств и (или) сооружений либо за счет движений самого животного (далее — самоловы) не позднее последнего дня срока действия разрешения, либо при освоении квот добычи охотничьих ресурсов (соблюдении норм добычи охотничьих ресурсов)». Старые Правила требовали рассторожить капканы в последний день сезона. В принципе, конечно, правильное добавление о том, что самоловы должны быть приведены в ненастороженное состояние и в случае, если уже добыто количество животных, указанное в разрешении на добычу.
  2. Пункт 5.7 обязывает охотника делать отметку о добыче животного в разрешении на добычу до того, как с добытым животным будут совершены какие-либо действия. Это требование касается только тех случаев, когда в разрешении указано определенное количество разрешенных к добыче животных. Например, разрешено добыть 3 гуся, значит, коли сбил птицу, то до того, как совать ее в рюкзак, будь добр сделать отметку в разрешении о добычи одной особи.
  3. К сожалению, количество добываемых животных, прежде всего копытных, в разы превышает количество выданных разрешений на их добычу. Причин этому множество и проблема не имеет однозначного и быстрого решения, но все-таки, одной из причин является неоднозначность старых Правил охоты в вопросе регулирования коллективных охот. На кого выдается разрешение? На кого путевка? В новых Правилах этот пробел постарались закрыть, и пункт 9 четко устанавливает, что «при осуществлении коллективной охоты на копытных животных, медведей, волка, шакала в закрепленных охотничьих угодьях путевка выдается лицу, получившему в установленном порядке разрешение». Ранее этого требования не было, и ситуации, когда разрешение выдано на егеря Иванова, путевка — на капитана команды Петрова, и при этом оба на момент проведения охоты находились неизвестно где, были не редкостью. Это давало простор для «народного творчества». Типичный пример: лося добыли в отсутствие лица, на которое выдано разрешение, стало быть, и разрешение можно не закрывать, особенно если команда из местных, которым мясо далеко по дорогам не везти. А разрешение и в следующий раз использовать можно, уже с приезжими городскими охотниками. С Нового года возможностей для таких фокусов станет намного меньше, тем более, что в соответствии с пунктом 10.1, «лицо, ответственное за осуществление коллективной охоты, обязано присутствовать в месте осуществления коллективной охоты». Это уточнение также результат правоприменительной практики и тоже ограничивает возможности разнообразных хитрых «манёвров».
  4. Каждый год начало сезона загонных охот на копытных и иных зверей бывает омрачено известиями о том, что где-то ранили, а где-то и убили охотника. Как правило, потому, что стреляли по неясно различимой цели. А популярные в охотничьей среде костюмы камуфляжной раскраски настолько хорошо размывают силуэт и маскируют человека, что его порой невозможно заметить на общем фоне. Нередки были случаи, когда горе-охотник действительно стрелял в зверя, но при этом не заметил товарища, находившегося на линии стрельбы. Рекомендации использовать яркие жилеты или иные контрастные элементы одежды для повышения заметности охотника на номере или загонщика особого успеха не имели, кроме тех случаев, где в хозяйствах этого требовали в обязательном порядке и снабжали охотников такими жилетами. В основном же все старались как можно лучше слиться с окружающим миром, прячась неизвестно от кого. Давно выяснено, что большинство млекопитающих лишено цветного зрения, а многолетняя практика использования ярких жилетов или курток при коллективных охотах по всему миру показала, что яркие элементы одежды никак не влияют на добычливость охот, а вот на безопасность влияют в самом положительном смысле. Поэтому в новых Правилах введен пункт 12, который устанавливает, что «при осуществлении коллективной охоты загоном все лица, участвующие в коллективной охоте, обязаны носить специальную сигнальную одежду повышенной видимости красного, желтого или оранжевого цвета, соответствующую требованиям ГОСТа 12.4.281-2014».

Но совершенно непонятно, для чего авторы новых Правил привязали обязательную «специальную сигнальную одежду повышенной видимости красного, желтого или оранжевого цвета» к существующему ГОСТу на сигнальную рабочую одежду. К рабочей одежде предъявляются одни требования, а к охотничьей – совсем другие. И тут возникают вопросы.

Первый вопрос – обязательность соответствия сигнальной одежды требованиям ГОСТа 12.4.281-2014. И в этой привязке к ГОСТу скрыта большая «засада». Дело в том, что ГОСТ создавался для упорядочивания требований к рабочей одежде, в первую очередь для дорожных рабочих и дворников, т.е. для тех, кто должен быть быстро замечен водителями транспортных средств, замечен даже периферийным зрением, что называется «краем глаза», несмотря на быстроту движения, мелькание света и теней. Поэтому данный ГОСТ требует, чтобы минимальная площадь сигнальных элементов одежды, была не меньше 0,14 м2. Для наглядности – это или квадрат 37,5х37,5 см, или прямоугольник 20х70 см. А это означает, что никакие красные или оранжевые нарукавные повязки, часто идущие в комплекте с камуфлированными охотничьими костюмами, или красные и оранжевые шапочки требованиям новых Правил не удовлетворяют. С января 2021 г. на участнике загонной охоты должен быть или жилет, или куртка, или что-то типа накидки. Это для охоты явно избыточное требование. Красную или оранжевую шапочку на охотнике прекрасно видно даже на пределе видимости. Во всех странах, где требуется ношение сигнальной одежды, местные правила вполне удовлетворяются головными уборами соответствующей сигнальной окраски.

Вторая «засада» привязки пункта новых Правил к требованиям ГОСТа в том, что окрас материала, из которого изготовлена сигнальная одежда, не зависимо от того, желтый он, оранжевый или красный, в обязательном порядке должен быть флуоресцентным, т.е. слабо светиться при облучении. Зрение млекопитающих, несмотря на то, что они не различают цветов, сдвинуто в ультрафиолетовую часть спектра. Они видят то, что за пределами возможностей человеческого зрения. Так вот, флуоресцентные материалы особенно активно светятся именно в ультрафиолете. И звери это прекрасно видят. Человек во флуоресцирующей одежде в глазах лося или кабана светится, как огонек. Кстати, это давным-давно известно многим охотникам. Поэтому еще в 1960-80-е годы в охотничьей литературе не рекомендовали отбеливать белые зимние костюмы специальными отбеливателями, в которые для пущего отбеливающего эффекта добавляли ультрамарин, который светился в ультрафиолете, демаскируя охотника.

Третья беда ГОСТа для охотника опять-таки в ткани, ну и в покрое того же жилета дорожного рабочего. Сигнальная одежда не должна стеснять его движений, как можно меньше весить и быть чем дешевле, тем лучше. Поэтому, все эти жилеты, куртки, накидки и пр. шьются свободного покроя и из тонкой ткани, с «одноразовыми» молниями и, как правило, без карманов. На охоте такая одежда мало того, что светится ультрафиолетом, подчеркивая силуэт охотника на фоне окружающей растительности, она еще трепещет на ветру, выдавая его присутствие, что называется «с головой». К тому же такой жилет сильно затрудняет доступ к патронташу и в карманы, что может сослужить дурную службу именно при загонной охоте.

Зачем было привязывать вполне справедливое требование носить сигнальную одежду при загонных охотах к ГОСТу на рабочую одежду и одевать охотников как дворников-гастарбайтеров? Ведь существует большое количество именно охотничьих сигнальных жилетов правильного покроя, с карманами для рации, с гнездами для патронов, из плотной, не трепещущей ткани. Эти яркие оранжевые или красные жилеты часто имеют камуфляжный рисунок. Таким образом, они прекрасно заметны для обладающего цветным зрением человеческого глаза, и силуэт охотника размывают, делая его незаметным для зверя.

Пример недорогого сигнального специального охотничьего жилета для загонных охот из плотной ткани с нужными карманами и патронными гнездами в карманах.

На достигнутом авторы новой редакции Правил охоты не остановились и в пункте 13 установили, что при охоте на копытных, за исключением горных, а также медведей, шакала, волка, лисицу в темное время суток все участники охоты также должны носить специальную сигнальную одежду повышенной видимости красного, желтого или оранжевого цвета, соответствующую требованиям ГОСТа 12.4.281-2014. Ночные охоты, действительно, связаны с повышенным риском и понятно желание минимизировать этот риск за счет увеличение заметности охотника в угодьях. Но, сама формулировка пункта вызывает вопросы. Во-первых, довольно странно определен промежуток времени, который назван «темным временем суток». В данном случае он вмещает и час до захода солнца, и час после восхода – время, которое темнотой назвать сложно. Во всем мире, и в России тоже, используется понятие «гражданские сумерки», еще достаточно светло, хорошо различаются предметы и их цвета. Во всех странах, где в охотничьем законодательстве существуют какие-либо требования или ограничения охоты в темное время суток, границей дня и ночи служат именно «гражданские сумерки» — их начало утром и завершение вечером. Для стран, расположенных в средней полосе, это – полчаса до восхода и полчаса после заката солнца.

Оговорив обязательность соответствия сигнальной одежде требованиям ГОСТа, авторы Правил не сделали необходимых пояснений о том, что если на дневных коллективных охотах можно использовать просто сигнальную одежду красного, оранжевого или желтого цветов, соответствующих ГОСТу, то для ночной охоты необходима одежда со световозвращающими элементами, требования к которой также установлены этим же ГОСТом. Потому как в темноте, по окончании «гражданских сумерек», цвета ткани не различаются. При использовании прибора ночного видения цвета тоже не различаются, а интенсивность свечения силуэта (его заметность) в приборе зависит от температуры поверхности, а также от структуры ткани, которая у разных производителей и у разных партий товаров может быть совершенно разной, потому что требования ГОСТа относятся только в видимой части спектра. А вот световозвращающие элементы отражают, в том числе, и инфракрасное излучение, используемое в подсветках ночных прицелов и приборов ночного видения. Написать же о необходимости использования в темное время суток сигнальной одежды, в обязательном порядке снабженной световозвращающими элементами авторы забыли или не догадались. А зря. Это облегчило жизнь охотникам. По ГОСТу сигнальная одежда для темного времени суток, чье действие основано на световозвращающем эффекте, может быть не жилетом, не курткой, а поясом из световозвращающей ткани. Например, вот таким:

Этот рисунок взят непосредственно из ГОСТа 12.4.281-2014 «Межгосударственный стандарт. Система стандартов безопасности труда (ССБТ). Одежда специальная повышенной видимости. Технические требования»

  1. В правилах нашло свое отражение и изменения в оружейном законодательстве, повлекшее введение луков и арбалетов в охотничий обиход. Как во многих других странах с развитым охотничьим хозяйством новые Правила предусматривают преференции охотникам с холодным метательным оружием. Так, пункт 18 позволяет регионам при утверждении параметров охоты устанавливать для лучников (но не арбалетчиков!) сроки начала охотничьего сезона на копытных, медведей и пушные виды на две недели раньше общего срока.
  2. В тексте новых Правил появились детали, на первый взгляд мелкие, но значимые на практике. Так, в пункте 23, определяющим действия охотника (или ответственного за проведение коллективной охоты) в случае ранения копытного животного, четко указано, в каком случае считать, что животное ранено: «В случае ранения копытного животного (наличие крови или иные признаки попадания)…». Это верное разъяснение, перекрывающее возможность спекуляций со стороны устроителей охот. Не часто, но с досадной регулярностью происходили случаи, когда после стрельбы егерь объявлял, что зверь ранен, хотя никаких признаков ранения не было, и закрывал лицензию.
  3. Как и прежде, при ранении копытного зверя или медведя отводится срок для его добора (пункты 24 и 30 с подпунктами, соответственно). Для копытных – один день, не считая дня ранения, для медведей – 3 суток. По сравнению со старыми Правилами в отношении копытных все осталось по-старому, а вот охотникам-медвежатникам один день добавили. И это правильно и соответствует физиологическим особенностям объекта охоты. Медведь – крепкий на рану зверь. Медведь-подранок представляет угрозу не только для охотников, но и для любого человека, оказавшегося в лесу. Поэтому увеличение срока добора медведя с двух суток до трех совершенно оправдано. Три дня – срок достаточный для разрешения ситуации. За это время зверя или доберут, или он сам дойдет от полученного ранения, или если не дошел, и добрать его не удалось, то, скорее всего, ранение легкое, и зверь оправился.

При доборе копытных и медведей новые Правила, как и старые, позволяют заходить в смежные угодья, не указанные в разрешении на добычу. Верно, зверь границ не знает. В этом случае, если ясно, что зверь вышел за пределы обозначенной в разрешении территории, то до начала добора необходимо любым способом поставить в известность региональный орган, уполномоченный в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов, а проще – районного охотинспектора, в случае, когда охотятся в угодьях общего пользования, или представителя соседнего охотхозяйства, если зверь ушел на территорию закрепленных угодий. При этом действует не разрешительный (согласование), а уведомительный принцип. Запретить добирать зверя на своей территории никто не имеет право. В отличие от старых Правил, новые позволяют при доборе заходить не только в смежные охотничьи угодья, но и на особо охраняемые природные территории. Понятно, что речь не о государственном заповеднике, куда никто без специального разрешения дирекции даже зайти не имеет права. Но в заказнике, в природном парке или на территории зоны ограниченного природопользования национального парка такое вполне возможно. Только нужно также известить их о необходимости зайти на территорию для добора подранка. Но тут, немного по-другому. Могут разрешить, а могут и не разрешить. С чем придется, скрепя сердце, смириться, все-таки – особо охраняемая природная территория.

  1. Наконец-то свершилось то, о необходимости чего так долго говорили и писали специалисты охотничьего хозяйства и охотники! Пунктом 36 при осуществлении любой законной охоты на любой вид охотничьих животных, на основании выданного разрешения, «допускается добыча волка, шакала, лисицы, енотовидной собаки». Правильное решение. Возврат к хорошей практике советского времени, когда добыча волка и шакала допускалась при любой охоте. Правда, следует оговориться, что волк, шакал, енотовидка или лисица при этом должны быть вписаны в разрешение. С другой стороны, а что мешает охотничьему органу субъекта федерации при заказе бланков разрешений на добычу, везде в бланки внести запись о том, что допускается добыча этих видов животных. А пока таких бланков нет, то после 1 января 2021 года, при получении разрешения надо требовать, чтобы в соответствии с новыми Правилами охоты такую запись делали в разрешении при его выдаче.
  2. Из перечня видов, добыча которых допускается исключительно только самоловами (пункт 37), наконец-то исключили выдру и ондатру. Это правильное решение. Тем более давно сложилась практика ружейной охоты на эти виды.
  3. Знаменательные новшества введены пунктами 39 и 62.25. Снят огульный запрет на использование петель в качестве самоловов при любительской и спортивной охоте. Теперь власти субъекта федерации (области, края, республики, автономного округа) при установлении параметров охоты могут по согласованию с Москвой (Минприроды России) разрешать использование петель охотниками-любителями для добычи волка, шакала и зайца-беляка, а также белой и тундряной куропаток, рябчика и глухаря. При этом местные власти, разрешая использование петель, должны устанавливать требования к петлям, а также четко указывать угодья, где их использование разрешается. При этом, учитывая неизбирательность действия петель, следует в первую очередь руководствоваться принципом непричинения вреда другим видам. Исходя из этого принципа, в новых Правилах в пункте 62.24 дан подробный перечень территорий, районов и муниципальных образований, где использование петель разрешено быть не может. Все перечисленные территории являются или могут являться местами обитания редких видов диких кошачьих – тигра, переднеазиатского и дальневосточного леопардов, каракала, манула, лесной кошки, дальневосточного лесного и камышового котов.

Правилами оговаривается, что перед установкой петель на волка или шакала и перед их снятием охотник должен поставить в известность или охотпользователя, если охота осуществляется в закрепленных угодьях, или органы госохотнадзора, если он охотится в общедоступных угодьях. Смысл этого требования не совсем ясен. Если решением региональных властей петли, например, на волка разрешены, у охотника есть разрешение на добычу волков, то зачем ему еще кого-то ставить об этом в известность? Чтобы егерь или инспектор могли отличить браконьерские петли от законных? Но тогда, логично, чтобы это требование распространялось и на капканы тоже. А и петли, и капканы в этом случае должны быть именными, т.е. нести на себе какую-то маркировку, позволяющую определить их принадлежность к конкретному охотнику. Этого нет и, во всяком случае – пока, не предвидится. Получается, что требование извещать, кого бы то ни было о том, что охотник поставил или снял петли – очевидная избыточная строгость[1].

  1. Много новшеств принесли Правила в охоту по перу. Увы, столь желаемого и ожидаемого многими увеличения длительности сезона весенней охоты с 10 дней до 16 не произошло. Но все же прогресс на пути снятия ненужных ограничений налицо. В первую очередь это касается установления разных сроков весенней охоты на разные виды и на разных территориях. Старые Правила такую возможность ограничивали, предписывая 28 субъектам федерации устанавливать единый срок весенней охоты на своих территориях. Что, безусловно, было неразумно. Даже, например, такая небольшая по размерам и протяженности с севера на юг область, как Московская, очень четко делится на три природно-климатические зоны. Когда в южных районах Подмосковья начинают зеленеть березы, зацветают вишня и слива, то в северных районах ещё снегу по щиколотку, а в лесу, в иных местах, и выше сапога. Теперь, в соответствии с пунктом 46, власти всех без исключения регионов вправе делить территорию на зоны и устанавливать в этих зонах разные сроки весенней охоты в зависимости от погодных условий.

А еще у местных охотничьих властей появилось право устанавливать разные сроки весенней охоты на разные виды дичи, по 10 дней на каждый. Идея не нова. В самой первой редакции последних советских Типовых правил охоты от 1988 года тоже предусматривалась возможность установления разных сроков весенней охоты на разные виды. К сожалению, этот пункт тогда быстро отменили, охотничьим чиновникам на местах это показалось слишком хлопотным и прибавляющим работы. Отменили, несмотря на то, что испокон веку всем специалистам известно, что на глухаря на току лучше охотиться еще по снегу, а тетерев начинает активно токовать позже, когда поля обтают, а бугры на них обсохнут. У вальдшнепа же свое расписание тяги. Объединение всех в один 10-дневный срок всегда приводило к нервозной угадайке. Откроют вовремя или опоздают? Или наоборот откроют, а утки нет, и озера еще подо льдом? Наконец-то порочная традиция сломана и возможность устанавливать разные сроки на разные виды позволит сделать весенний охотничий праздник более насыщенным и радостным.

Этому, конечно же, будет способствовать еще и то обстоятельство, что на охоту с живыми подсадными утками теперь отводится 30 дней (пункты 47 и 48), что будет способствовать возрождению этой традиционной и одной из самых правильных охот на Руси. Учитывая, что в некоторых местах «подсадными» неправильно называют чучела, следует особо подчеркнуть, что это послабление на охоту с чучелами и  манками не распространяется.

  1. Пунктом 48 очень четко оговорены разрешенные способы весенней охоты по перу. На самцов глухаря – на току с подхода, на самцов тетерева – на току из укрытия, на вальдшнепа – на вечерней тяге, на селезней – из укрытия с подсадными утками или с чучелами и манками, на гусей и казарок (внимание!) – тоже из укрытия и тоже только с чучелами, профилями или манными гусями. Новшество касается именно гусиной охоты. Теперь никакой охоты на перелетах или скрадывая ночующую стаю. Только подготовленная охота. Хочешь заполевать весеннего гуся – поработай. Обсуждая этот пункт, необходимо еще раз указать на два сопряженных с ним момента:
  2. запрет на использование «электронных устройств, имитирующих звуки, издаваемые охотничьими животными и иными животными», проще говоря, — электронных манков, при любительской спортивной охоте сохраняется, кроме случаев охоты на волка, шакала и ворон (пункт 62.11).
  3. При весенней охоте в разрешение может быть вписаны волк, шакал, енотовидная собака и лисица. Это означает, что таким образом охотнику разрешается попутная добыча этих видов при охоте на пернатую дичь, осуществляемой с соблюдением всех предписанных ограничений, в том числе и запрета на ходовую охоту (кроме глухаря на току). Попросту говоря, то, что в разрешение на добычу тетерева на току будет вписана, например, лисица, означает, что охотник имеет право, сидя в шалаше, застрелить скрадывающую тетеревов лису, а не то, что с таким разрешением в кармане можно пойти бродить по угодьям, высматривая лис. Это будет считаться ходовой охотой, а значит – нарушением Правил охоты со всеми положенными последствиями в соответствии со статьей 8.37 Кодекса об административных правонарушениях.
  4. Важное новшество вводит пункт 51 со всеми подпунктами. Покончено с предписаниями субъектам федерации открывать охоту конкретно в первую или во вторую или в третью субботу такого-то месяца. И, слава Богу – год на год-то не приходится! Новые Правила устанавливают рамочные сроки летне-осеннего и осенне-зимнего сезонов охоты на пернатую дичь. Теперь повсеместно охота на водоплавающую, полевую, болотно-луговую и степную дичь будет открываться со второй субботы августа и завершаться 31 декабря, кроме Южного федерального округа, на боровую и горную дичь – с третье субботы августа и по 28 (29) февраля, а на белую и тундряную куропаток – с третье субботы августа и по 20 апреля. И в этих временных границах региональные власти сами, исходя из условий конкретного года, уполномочены устанавливать конкретные сроки охоты на разные виды пернатой дичи. А для того, чтобы не возникало у чиновников желания по своему усмотрению урезать охотникам сезон, новые Правила впервые оговаривают минимальную допустимую продолжительность летне-осенне-зимнего охотничьего сезона по перу:

— на водоплавающую дичь – не менее 90 дней;

— на боровую и горную дичь – не менее 120 дней;

— на белую и тундряную куропаток – не менее 150 дней.

А для охотников Южного федерального округа, которые лишены весенней охоты по перу, дополнительно установлен специальный сезон охоты на водоплавающую дичь на зимовках – до 20 января.

  1. Что же касается регламентации способов охоты, то и тут Правила в объемистом пункте 62 с многочисленными подпунктами привнесли немало нового.

Введен новый запрет на прижизненную срезку пантов у дикого северного оленя (ДСО). Для большинства российских охотников, не знакомых с проблемой этот пункт может показаться странным. А на самом деле этим закрывается очень серьезный, лишь недавно обнаруженный, пробел в охотничьем законодательстве. На панты ДСО появился большой спрос, в основном со стороны Китая. И ловкие люди на Таймыре начали промышлять панты без добычи оленей. ДСО совершает массовые сезонные миграции, в ходе которых тысячные стада переправляются через реки и озера. При переправе браконьеры подходят на лодке к плывущему оленю, один держит оленя за рога, другой быстро отпиливает их. Часто для этого используется бензопила, нередко – пилы-ножевки, топоры или мачете. Рога в это время еще не окостеневшие, и срубают их, что называется, по живому, нанося губительные травмы. Как показали исследования, от болевого шока, кровопотери, инфекции погибает более 70% животных, подвергшихся такой варварской операции, а выжившие самцы исключаются из размножения, потому что самка комолого самца к себе не подпускает. В результате за несколько последних лет доля половозрелых быков в популяции снизилась более чем вдвое, что повлекло за собой резкое снижение доли телят в 3-4 раза, а это уже ставит под угрозу само существование ранее вполне благополучных группировок дикого северного оленя.

До настоящего времени привлечь к ответственности таких «пантовщиков» не представлялось возможным. Дело в том, что в соответствии с пунктом 4 статьи 1 Закона об охоте, добыча охотничьих ресурсов – это отлов или отстрел охотничьих ресурсов, а продукция охоты, в соответствии с пунктом 9 той же статьи – это отловленные или отстреленные дикие животные, их мясо, пушнина или иная продукция. При операции по прижизненной срезке пантов у плывущего через водную преграду оленя не производится ни отстрел, ни отлов животного, ни даже его временного изъятия из среды обитания. После срезки рогов зверь выходит на берег и убегает. Получается, что, если исходить из строгого соответствия с буквой закона, то факт добычи животного отсутствует. Из этого, в свою очередь, следует, что срезанные у живого оленя панты формально не являются продукцией охоты, т.к. они получены от формально недобытого зверя. Следовательно, ни сама срезка пантов, ни последующие транспортировка, хранение, первичная переработка пантов не могли быть признаны охотой в соответствии пунктом 5 статьи 1 Закона об охоте, и действие охотничьего законодательства, в том числе – статьи 258 «Незаконная охота» Уголовного кодекса РФ, на этот варварский промысел не распространялась. Теперь этот пробел будет заполнен.

  1. Упорядочено использование плавательных средств при охоте при весенней охоте (п/пункт 62.4). Старые Правила полностью запрещали использование весной любых плавательных средств, за исключением подбора добытой дичи. Новые Правила разрешили использовать различные плавательные средства для устройства на них укрытий, что очень важно в условиях быстро и значительно меняющего уровня воды во время весеннего половодья. Еще теперь можно использовать лодки не только для подбора битой дичи, но для ее перевозки с места охоты. Раньше это формально считалось нарушением – на лодке было разрешено только подбирать дичь, а не транспортировать её. Ретивые и недобросовестные охранители могли и протокол составить. Это же не с настоящими браконьерами бороться, сиди себе на базе и жди, когда охотники сами пригребут.
  2. Вновь разрешено (пункт 62.5) использование картечи при охоте на кабана. Картечь должна быть не менее 7,5 мм в диаметре. Жаль, что разрешив применение картечи по кабану, на которого часто охотятся загоном, не оговорили ограничения применения этого типа снаряда. В советских Типовых правилах по технике безопасности при обращении с охотничьим оружием и проведении охот с применением охотничьего огнестрельного оружия на территории РСФСР, утвержденных приказом Главохоты РСФСР от 5 мая 1983 года и формально действующих и в настоящее время, т.е. в момент утверждения новых Правил, существует четкое ограничение на использование картечи по кабану и круглых пуль в гладкоствольном оружии при осуществлении коллективных загонных охот. Так, использование картечи по кабану на таких охотах разрешено «в отдельных случаях», а на использование круглых пуль на коллективных охотах наложен полный запрет. Это связано с тем, что все снаряды, имеющие форму шара, дают высокий процент рикошетов, в том числе и множественных, при скользящем попадании в деревья, мерзлую почву или другие препятствия.
  3. Пункт 62.9 значительно расширил возможности применения световых устройств, тепловизоров, приборов ночного видения при охоте в темное время суток. Старые Правила допускали их применение только при охоте на волка, а также на копытных и медведя при условии охоты с вышек, и еще при доборе подранков. Новые Правила разрешают применение этих приборов при охоте на копытных, медведя, волка, шакала, лисицу, енотовидную собаку, барсука, бобров. И это, безусловно, правильно, потому как отражает реальное положение дел и сложившуюся практику охоты. Но с другой стороны, возникает вопрос с точки зрения этики охоты: применение современных высокоточных технических средств значительно снижает шансы диких животных на выживание в единоборстве с оснащенным таким образом стрелком. Не станет ли уповать молодой охотник не на охотничий опыт, знание повадок зверя, тонкостей охоты, а на достижения современного технического прогресса? В большинстве ведущих охотничьих стран любительская охота в темное время суток попросту запрещена, не говоря уж о применении тепловизоров и ночных прицелов. Их применение разрешено только при регулировании численности диких животных, причиняющих вред сельскому или охотничьему хозяйству.
  4. И тут же пунктом 62.10, в связи с вводом в охотничий обиход холодного метательного оружия (луков и арбалетов), введен еще один запрет – запрет на применение тепловизоров и приборов ночного видения при использовании холодного метательного оружия. Смысл этого запрета остался неясен. Собственно, почему при использовании ружья прибор ночного видения или тепловизор использовать можно, а если у охотника в руках лук или арбалет, то ни в коем случае нельзя? Возможно, Охотдепартамент Минприроды России – коллективный автор новых Правил, впоследствии разъяснит причину появления этого запрета, а может, и нет. Во всяком случае, при незначительном, пока, распространении луков и арбалетов, этот запрет коснется лишь ничтожного количества охотников.
  5. В новых Правилах есть еще один странный запрет, касающийся применения холодного метательного оружия. Пунктом 62.14. введен запрет на применение луков и арбалетов при коллективных охотах в общедоступных угодьях. Логика этого запрета осталась покрытой тайной. Получается, что в закрепленных угодьях использовать луки и арбалеты при коллективной охоте можно, в общедоступных угодьях – нет. В чем разница, кроме присутствия егеря? Непонятно.
  6. Положительно решены некоторые вопросы относительно добычи медведей. В старых Правилах существовал однозначный запрет на добычу медведей возрастом до одного года, проще говоря, – медвежат. На этой почве время от времени возникали конфликтные ситуации, когда на людей, спасших от гибели оставшихся без матери медвежат, заводили дела об их незаконной добыче (ведь добыча – это не только отстрел, но и отлов). Как говорится, не делай добра – не получишь зла. Теперь в пункте 62.18, запрещающем добычу самок с медвежатами, кроме случаев предотвращения нанесения ущерба здоровью граждан, и самих медвежат, специально оговаривается, что медвежат можно отлавливать с целью сохранения их жизней при обязательном последующем получении в установленном порядке разрешений на добычу ( т.е. задним числом) и на содержание их в неволе.
  7. Следующие два пункта новых Правил вводят давно ожидаемую регламентацию использования различных калибров нарезного оружия в зависимости от вида добываемой дичи. Необходимость такой регламентации вызвана следующими соображениями. Во-первых, бить зверя патроном недостаточной мощности и опасно и негуманно. Раненый медведь или кабан запросто могут нанести охотнику серьёзные травмы, порой, несовместимые с жизнью, к тому же оптимальным и правильным считается положить зверя на месте и не доставлять ему лишние мучения. Во-вторых, есть необходимость профилактики браконьерства на копытных животных. Сейчас можно взять путевку на рябчика и на законных основаниях находиться по лесу с автоматическим карабином крупного калибра. Этим довольно широко пользуются браконьеры. Вопрос о необходимости регламентации использования нарезного оружия в зависимости от объекта охоты не раз поднимался региональными органами, уполномоченными в сфере охоты.

Поэтому пункт 62.19 запрещает «при осуществлении любительской и спортивной охоты применение охотничьего огнестрельного длинноствольного оружия с нарезным стволом и нарезных стволов охотничьего огнестрельного комбинированного оружия для охоты на пернатую дичь, за исключением осуществления любительской и спортивной охоты с таким оружием под патрон кольцевого воспламенения (бокового огня) калибра 5,6 миллиметров на рябчика, тетерева и глухаря в сроки, указанные в подпункте 51.2 пункта 51 настоящих Правил». К сожалению, предлагаемое решение лишь в малой и недостаточной степени решает проблему, попутно вводя необоснованные запреты. Почему осенью нельзя с малокалиберным нарезным оружием охотиться на вяхиря, клинтуха, горлицу? Тем более, что четырьмя пунктами ниже разрешается использовать при охоте на горлицу пневматическое оружие, которое, как известно, тоже имеет нарезные стволы, а многие модели и по калибру совпадают с малокалиберной винтовкой под патрон кольцевого воспламенения, и используют такие же пули, которые из ствола вылетают с той же скоростью. Непонятно, почему нельзя стрелять глухаря или тетерева из оружия калибром 6 мм, большая часть патронов которого ориентирована именно на охоту по крупной птице, или распространенным у нас 7,62 мм? Легкие пули таких калибров, как 7,62х39, 308Win(7,62х51), 7,62х54, 30-06Sprg(7,62х63) имеют относительно невысокую скорость и не рвут дичь. При этом птица всегда бита чисто, никаких подранков. Попал – взял, промазал – птица улетела живая и здоровая. Тушки нисколько не разбиты, просто аккуратная дырочка, как большим гвоздем проткнули.

Следующий пункт 62.20 по прочтении вызывает еще большее недоумение. Этот пункт запрещает «при осуществлении любительской и спортивной охоты применение охотничьего огнестрельного длинноствольного оружия с нарезным стволом и нарезных стволов охотничьего огнестрельного комбинированного оружия калибром более 5,7 мм для охоты на зайцев, дикого кролика, корсака, белку, горностая, диких кошек, енота-полоскуна, колонка, куниц, летягу, норок, солонгоя, харзу, хорей – более 8 мм для охоты на сурков, бобров, барсука, росомаху, рысь». Во-первых, почему-то указан несуществующий калибр 5,7 мм. Видимо, все-таки имелся в виду калибр 5,6 мм, а в окончательную редакцию документа вкралась «очепятка». При этом совершенно упущено из виду, что калибр 5,6 мм понятие очень растяжимое. Одно дело «мелкашка» под патрон кольцевого воспламенения, пригодная для отстрела голубей, рябчика, зайца, кролика, тетерева, мелкого пушного зверя, и совсем другое – весьма распространенные у отечественных охотников 5,6х39 и .223Rem(5,6х45), которые являются достаточно мощными патронами. Первый создавался специально для охоты на средних копытных (сайгак и северный олень), а второй – как боевой, для поражения людей. В умелых руках и при стрельбе «по месту» на разумных дистанциях оружие под этот патрон валит и лося, и оленя, а кабану-сеголетку его хватает с лихвой. Таким образом, предлагаемая регламентация никоим образом не решает задачу профилактики незаконного отстрела копытных при охоте по перу или пушному зверю. Тем более что в приведенном в пункте перечне видов животных есть «прорехи». Запрет, например, не распространяется на лисицу. Значит, получается так, что, имея в кармане разрешение на лису, можно спокойно обследовать угодья с крупнокалиберным карабином в руках?

Введенный запрет полностью исключает из охотничьего использования такие начинающие обретать популярность калибры как 6мм (.243 в дюймовой системе) и 7 мм (.287 в дюймовой системе). Оружие под патроны этих калибров, в том числе и российского производства, достаточно широко представлено на отечественном оружейном рынке, патроны выпускаются отечественными заводами. Оружие под этот патрон создавалось именно для охоты на дичь небольших и средних размеров.

Ограничение по калибру оружия для добычи сурка, бобра, барсука, росомаху и рысь – более 8 мм вообще не поддается логическому объяснению. Понятно, что ни о никакой профилактике незаконной добычи копытных тут речи не идет. Подавляющая масса оружия, из которого стреляют и копытных, и медведей – это разнообразные варианты калибра 7,62 мм, в установленный предел укладывается. Но при этом запрет исключает недавно вошедшиt в охотничий обиход изначально пистолетные патроны 9х18(Макаров) и 9х19(Люгер), оружие под которые выпускается отечественными производителями (например, несколько вариантов «Сайги» и «Вепря» и Иж-18МН), и быстро набирает популярность, как точное, довольно мощное, но при этом короткобойное, а значит – малоопасное для применения в населенных местах. Особенно популярно оружие под этот патрон среди охотников-бобрятников. Любители охотиться на лису на приваде его тоже хвалят. Бьет точно, кладет зверя надежно, тушку и шкуру в отличие от того же .223Rem не рвет, отдача незначительна, а звук выстрела не бьет по ушам. Приходится признать, что новые Правила ввели еще один бессмысленный и ни на чем не основанный запрет.

  1. После критики в адрес составителей новых Правил особенно приятно отметить очередное положительное новшество. Пунктом 65 наконец-то исключены пробелы, касающиеся не добытых, но найденных и присвоенных зверей, дававшие возможности спекуляций, типа «мы лося не стреляли, мы за грибами ходили и нашли его, а он еще теплый, вот и решили мясо забрать, что ж добру-то пропадать». Стандартный браконьерский прием. Стреляют, ставят точку на навигаторе, даже не подходя близко к упавшему зверю, уходят, уносят оружие, а за мясом приходят уже без оружия, даже корзинки для конспирации берут. Пункт устанавливает, что «запрещается перемещение (транспортировка) и разделка охотничьих животных, в том числе погибших или их частей» без соответствующих документов на добычу таких зверей.
  2. Из новаций следует отметить новый раздел Правил «Иные параметры осуществления охоты». Его появление шаг хоть и вынужденный, но очень разумный. Раздел представляет собой краткий сборник основных требований техники безопасности на охоте, что так важно знать охотникам, которые нынче получают охотничьи билеты, не проходя испытаний на знание охотничьего минимума. Глядишь, меньше будет несчастных случаев на охоте.

Результат выстрела на шорох.

Раздел содержит еще очень важный пункт 73, который наконец-то устанавливает, что охотник имеет право, при осуществлении законной охоты производить проверку боя и пристрелку оружия в угодьях при соблюдении необходимых мер безопасности. Еще Типовые правила охоты в РСФСР от 1988 года содержали пункт 17, гласивший, что «в охотничьих угодьях пристрелка разрешается только в период охоты при наличии у охотника документов на право охоты или специального разрешения органов госохотнадзора. При пристрелке охотник обязан соблюдать меры безопасности, исключающие возможность причинения вреда человеку или животному». Такой же пункт был в проекте при разработке Правил охоты 2010 года. Потом, в процессе, его выбросили со словами «зачем он нужен? И так, мол, всем понятно, что можно!» Чудовищное головотяпство! Их предупреждали, что в родном отечестве любой правовой нормативный документ должен обладать высочайшей дуракоустойчивостью, а они отмахивались. В итоге случилось то, что еще один «мудрец» из правоохранительных органов, отягощенный большими звездами на погонах, решил, что пристрелка охотничьего оружия – это не элемент охоты, а спортивное мероприятие, а потому может проводиться исключительно в специально предназначенных для этого местах. Это означает, что охотник, решивший до начала охоты проверить бой ружья или правильность прицела, есть злостный нарушитель. И церберы-контролеры, как с цепи сорвались. Вместо охраны угодий и борьбы с настоящими браконьерами они ретиво бросились ловить «пристрельщиков», благо их легко вычислить по частым выстрелам, звучащим из одного места, обычно со стороны какого-нибудь заброшенного карьера. Конечно, так ведь проще, и денег в карман «срубить» можно запросто. Теперь этой дурости настал конец. И слава Богу!

  1. Долгожданные и однозначно положительные для охотников и охотничьего хозяйства изменения произошли и в сроках охоты. Не касаясь мелких деталей и исправлений прошлых несуразностей, следует отметить наиболее важное:

— с 31 декабря до 10 января продлен сезон охоты на косулю, лося, благородного оленя, пятнистого оленя. Очень правильное решение, о необходимости которого много говорили и писали. Глупо закрывать сезон перед длинными новогодними праздниками. Лучше пусть люди, и охотники, и егеря, на охоту съездят, по лесу побегают, проветрятся, чем будут, сидя дома, «душить зеленого змия». А охотхозяйства дополнительную денежку заработают.

— для кабана установлен единый большой сезон охоты продолжительностью 9 месяцев, при этом указанные сроки – рамочные. Субъекты федерации в пределах этого срока вольны сами устанавливать продолжительность сезона и разбивать его на части, но при этом его продолжительность должна быть не менее 210 дней.

— значительно сокращен сезон охоты на северного оленя. На фоне современного катастрофического состояния популяций ДСО и творящегося во многих местах браконьерского беспредела в отношении этого зверя, это решение – весьма своевременное и правильное.

— сезон весенней охоты на медведя остался прежним с 21 марта по 10 июня, но снято ограничение в 60 дней на его продолжительность. Теперь сезон будет продолжаться весь указанный срок. А вот срок осенне-зимней охоты на косолапого продлен с 30 ноября по 31 декабря. И это хорошо, потому как с одной стороны создает нормальные возможности для охот на берлогах, а с другой – ограничение срока концом года исключает возможность весьма неприятной для охотника ситуации, когда битый на берлоге зверь оказывается медведицей, а в логове пищит пара новорожденных медвежат. И что с ними прикажете делать? Новый срок охоты на медведя долго обсуждался в профессиональном сообществе, в итоге с датой 31 декабря согласились практически все участники дискуссий, даже «зеленые», те, что из нормальных, а не оголтелых.

— наведен порядок со сроками охоты на пушных зверей, они стали более естественными и начинаются уже тогда, когда шкурки становятся товарными.

Исчезли из правил и странные сроки охоты «без охотничьего огнестрельного и (или) пневматического оружия», которые вызывали много смеха и пересудов в охотничьей среде. На самом же деле под этим нелепым названием «пряталась» обычная натаска и притравка собак. Сделано это было из-за того, что в Законе об охоте не были прописаны эти понятия. От изъятия этих странных «безоружных» охот из Правил текст, конечно, стал выглядеть лучше, а вот что будет с натаской и притравкой вне сроков охоты, особенно там, где специальных участков в угодьях для этого не выделено – большой вопрос. Поживем – увидим…

В целом новые Правила охоты по прочтении оставляют положительные, хотя и неоднозначные ощущения. Складывается впечатление не цельного текста, а «лоскутного одеяла». Часть вопросов проработана тщательно и квалифицировано, с другими явно работали или в спешке или по-дилетантски, а в иных пунктах, особенно – касающихся технических и прикладных вопросов, в полной мере проявилась нехватка профессионализма.

Увы, непрофессионалы в государственном правлении – знамение времени…

[1] В ближайших номерах наш журнал планирует вернуться к проблеме использования петель в качестве охотничьих самоловов. Рассмотреть историю современную практику их использования, как в России, так и в развитых охотничьих странах.

Васильев Г.А. из г.Твери сообщает, что еще в октябре 2014 г. он сдал свое ружье на хранение в милицию, так как не мог своевременно оформить документы на право его хранения и ношения. В 2015 г. он получил новый охотничий билет и собирался проходить переосвидетельствование, но в связи с семейными обстоятельствами оформление документов на оружие пришлось отложить.

По поводу сданного в милицию ружья он обратился в лицензионно-разрешительный отдел (далее ЯРО), где ему объяснили, чтобы он сам нашел покупателя на свое ружье. В обществе охотников ему разъяснили, что ружье может храниться в милиции без ограничения срока.

Ответ: В соответствии с правилами оборота гражданского и служебного оружия, патронов к нему на территории РФ (далее Правила), утвержденными Постановлением Правительства РФ от 21 июля 1988 г. № 814 с последующими изменениями и дополнениями, граждане РФ могут передавать в органы внутренних дел для обеспечения сохранности оружие и патроны (на время отпуска, командировки, лечения и т.п.) (ст. 15 Правил).

Правовые отношения между гражданином и органами внутренних дел в данном случае регулируются нормами гражданского законодательства (ст.ст. 886—906 и другими Гражданского кодекса РФ). В частности, между ними должен быть заключен в письменной форме договор хранения (к договору хранения приравнивается сохранная расписка, квитанция и т.п.), в котором указывается срок хранения, если срок не будет указан, ружье и патроны должны храниться до востребования их владельцем. В изложенных в письме Васильева обстоятельствах, ружье он сдал на хранение в связи с тем, что не успевал оформить разрешение на его хранение и ношение. В этом случае хранитель должен предоставить ему разумный срок для оформления права на хранение и ношение оружия. Если он не исполнит это требование и не возьмет ружье, то орган внутренних дел должен предложить ему самостоятельно продать ружье по цене, которая сложилась в том месте.

Если он не продаст ружье самостоятельно, то хранитель вправе будет продать ружье. Вырученная сумма денег передается владельцу ружья с вычетом расходов, связанных с хранением ружья и его продажей.

Что касается упрощенного порядка прохождения медицинского освидетельствования для пожилых владельцев огнестрельного оружия, то оно никакими нормативными правовыми актами в настоящее время не предусмотрено.

С 1 января 2017 г. действует “Порядок проведения медицинского освидетельствования на наличие медицинских противопоказаний к владению оружием и химико-токсикологического исследования наличия в организме человека наркотических средств, психотропных веществ и их метаболитов”, утвержденный приказом Министерства здравоохранения РФ от 30 июня 2016 г. № 441 (более подробно см. в журнале “Охота и охотничье хозяйство” № 9 за 2017 г.).

Правила оборота гражданского и служебного оружия, патронов к нему на территории РФ

Васильев Г.А. из г.Твери сообщает, что еще в октябре 2014 г. он сдал свое ружье на хранение в милицию, так как не мог своевременно оформить документы на право его хранения и ношения. В 2015 г. он получил новый охотничий билет и собирался проходить переосвидетельствование, но в связи с семейными обстоятельствами оформление документов на оружие пришлось отложить.

По поводу сданного в милицию ружья он обратился в лицензионно-разрешительный отдел (далее ЯРО), где ему объяснили, чтобы он сам нашел покупателя на свое ружье. В обществе охотников ему разъяснили, что ружье может храниться в милиции без ограничения срока.

Ответ: В соответствии с правилами оборота гражданского и служебного оружия, патронов к нему на территории РФ (далее Правила), утвержденными Постановлением Правительства РФ от 21 июля 1988 г. № 814 с последующими изменениями и дополнениями, граждане РФ могут передавать в органы внутренних дел для обеспечения сохранности оружие и патроны (на время отпуска, командировки, лечения и т.п.) (ст. 15 Правил).

Правовые отношения между гражданином и органами внутренних дел в данном случае регулируются нормами гражданского законодательства (ст.ст. 886—906 и другими Гражданского кодекса РФ). В частности, между ними должен быть заключен в письменной форме договор хранения (к договору хранения приравнивается сохранная расписка, квитанция и т.п.), в котором указывается срок хранения, если срок не будет указан, ружье и патроны должны храниться до востребования их владельцем. В изложенных в письме Васильева обстоятельствах, ружье он сдал на хранение в связи с тем, что не успевал оформить разрешение на его хранение и ношение. В этом случае хранитель должен предоставить ему разумный срок для оформления права на хранение и ношение оружия. Если он не исполнит это требование и не возьмет ружье, то орган внутренних дел должен предложить ему самостоятельно продать ружье по цене, которая сложилась в том месте.

Если он не продаст ружье самостоятельно, то хранитель вправе будет продать ружье. Вырученная сумма денег передается владельцу ружья с вычетом расходов, связанных с хранением ружья и его продажей.

Что касается упрощенного порядка прохождения медицинского освидетельствования для пожилых владельцев огнестрельного оружия, то оно никакими нормативными правовыми актами в настоящее время не предусмотрено.

С 1 января 2017 г. действует “Порядок проведения медицинского освидетельствования на наличие медицинских противопоказаний к владению оружием и химико-токсикологического исследования наличия в организме человека наркотических средств, психотропных веществ и их метаболитов”, утвержденный приказом Министерства здравоохранения РФ от 30 июня 2016 г. № 441 (более подробно см. в журнале “Охота и охотничье хозяйство” № 9 за 2017 г.).



ЮРИДИЧЕСКАЯ КОНСУЛЬТАЦИЯ
Оказываем юридическую помощь охотникам и другим владельцам гражданского оружия.

Закон об оружии

Оборот гражданского оружия в РФ

Закон об охоте

Охотничье законодательство в РФ

Закон о животном мире

Правовое регулирование охраны и использования животного мира

Правила охоты

Устанавливают требования к осуществлению охоты и сохранению охотничьих ресурсов
ЗАДАТЬ ВОПРОС


ЖУРНАЛ

Охота и охотничье хозяйство

Периодическое издание о природе и охоте. Журнал создан в 1955 году.
МЫ В СОЦ. СЕТЯХ

Подписывайтесь

Подпишитесь на обновления, чтобы не упускать полезные знания